Алексей Елисеев. Про «девчушек-затейниц», апрельский переворот и о том, кто украл миллионы

2
5025

— Ваше имя последний раз в Кыргызстане упоминалось в связи с судебным процессом Аиды Саляновой, из-за того, что она незаконно, как считает следствие, продлила вам адвокатскую лицензию будучи министром юстиции в июне 2010 года. А зачем вам вообще надо было продлевать адвокатскую лицензию после апрельских событий?

— Я профессиональный адвокат и с 2002 года занимаюсь адвокатской практикой. Мою лицензию я приостановил только на период нахождения на государственной службе. Поэтому, когда моя работа на государство закончилась, я намеревался продолжить свою профессиональную деятельность, которой я обучался и которая, я думаю, была успешной.

— Понятно, что вы продолжаете свою практику в Риге, но как вы могли всерьез рассчитывать, что вы будете работать в Кыргызстане после 7 апреля?

— Кыргызстан – это моя родина. Там я родился, получил образование, начал работать и имел достаточно успешную профессиональную карьеру. Кроме того, на мой взгляд, я сделал многое для этого государства и принес значительную пользу обществу, как бы потом это не пытались извратить некоторые деятели в своих корыстных интересах. Поэтому непосредственно после государственного переворота в апреле 2010 года я не видел каких-либо препятствий для продолжения своей адвокатской практики в Кыргызстане. В день переворота я находился в США в служебной командировке, затем у меня был заранее согласованный с руководством отпуск для прохождения медицинского обследования в глазной клинике. После чего я собирался вернуться в Бишкек и возобновить свою частную адвокатскую деятельность, так как моя государственная служба к этому времени была уже прекращена.

Я же не мог предположить, что моему возвращению в Кыргызстан будут созданы незаконные препятствия со стороны новых властей, которые под «звуки революции» попросту решили разграбить и присвоить себе деньги Фонда развития. Для этого им понадобилось громогласно объявить, что эти деньги, якобы похитил я. А затем в этой «мутной воде» распихать эти громадные государственные ресурсы по своим карманам, сделав вид, что «все украдено до нас». Конечно, им было крайне нежелательно, чтобы в самый разгар их шабаша с доказательствами сохранности денег появился я. Дело в том, что такие документальные доказательства за пределами Кыргызстана были только у меня. Целью моей служебной командировки в Вашингтон были переговоры с МВФ и Всемирным Банком по вопросам управления деньгами Фонда развития, для чего я взял с собой все банковские справки и выписки по счетам фонда.

— Мы еще возвратимся к Фонду развития. Вы давали видео-показание в суде над Саляновой и не считаете, что она была виновной, в продлении лицензии.

— У меня есть два аспекта в этом вопросе. Первое, конкретно в этом деянии, которое Саляновой инкриминируется, то это было абсолютно правомерным действием по исполнению требований закона. И мне даже не интересно: было ли лично ее решение о возобновлении действия моей лицензии или же речь идет о решении Минюста в целом, потому что такой вопрос принимается в комиссионном порядке и коллегиально. Я успешно занимался адвокатской практикой, приостановил ее действие только буквально с ноября 2009 года по апрель 2010 года. Поэтому в соответствии законом об адвокатской деятельности, когда отпадает основание для приостановления лицензии, она должна быть возобновлена. Это – закон. Соответственно, поскольку госорган, в котором я работал, был ликвидирован, я получил полное право на продолжение адвокатской деятельности. Были какие-то намеки в ходе судебного процесса, что я находился в розыске на тот момент и обвинения какие-то предъявлены. Это абсолютная ложь. В июне 2010 года я подал в суд на Бекназарова и Временное правительство, многократно обращался с официальными заявлениями в прокуратуру, постоянно давал интервью различным СМИ, поэтому говорить, что я скрывался, глупо.

Но, во-вторых, Салянова, безусловно, — бандитка, виновная в разграблении моего имущества, в чем она публично сама признавалась. Как-то быстро забылись «девчушки-затейницы»: Аида, Индира и Феруза, которые вместе вертели судами, куда указывали «партия и правительство». Поэтому нести уголовную ответственность Салянова должна, но… только за соучастие в преступлениях против правосудия в ее бытность генеральным прокурором. В том числе за изобретенную ими «новаторскую» судебную процедуру. За вынесенные заочные приговоры без предъявления какого-либо обвинения. Кстати, ее в этом преступлении Роза Отунбаева недавно «сдала» в своем письме к действующему президенту.

— Ваш карьерный взлет состоялся благодаря Максиму Бакиеву. Вы занимали государственные и около государственные позиции при поддержке вашего протеже. Многие считают, что именно из-за разнузданной деятельности сына бывшего президента произошли события 2010 года.

— Я не согласен практически со всем что вы сказали, начиная с того что моя карьера и успех в бизнесе были связаны с Максимом Бакиевым. Адвокатскую деятельность я начал в 2002 году, когда о Максиме Бакиеве никто не слышал. Еще тогда у меня были крупные клиенты в том числе, к примеру, еще в начале двухтысячных, я активно работал с Алмазбеком Атамбаевым.

— Удивительный факт. Вы об этом нигде не говорили.

— Ну, никто об этом не спрашивал. Мы с ним работали в рамках завода «Электротехник», где у него была доля акций и был корпоративный спор. То есть в начале я представлял интересы его оппонентов – российских инвесторов, затем они заключили «мировое соглашение» и мы с ним сотрудничали в рамках мирного урегулирования того спора.

В 2005 году, когда я еще Максима Бакиева не знал, Алмазбек Атамбаев, который работал министром промышленности, пригласил меня оказать юридические услуги министерству, которую он возглавлял. Я готовил материалы по вопросу нарушения инвестором соглашения по Майлу-Сууйскому ламповому заводу.

К переговорам кыргызского правительства с Кумтором меня привлек Медет Садыркулов. Первый мой служебный паспорт в 2005 году был выдан по личному решению Розы Отунбаевой. Оказывал адвокатские услуги Омурбеку Бабанову. Помогал Темиру Сариеву. И так далее. А с Максимом Бакиевым я стал сотрудничать непосредственно  в конце 2009 года, когда был назначен его заместителем в ЦАРИИ. За ту мою деятельность у меня нет никаких к себе моральных и прочих претензий, потому что я считаю, что это Агентство собрало лучших на тот момент профессионалов, и мы действительно пытались улучшить инвестиционный климат на государственном уровне, привлечь иностранные инвестиции, приумножить государственные ресурсы. Было разработано очень много программ, которыми нынешние власти до сих пор пользуются.

— В любом случае Максим Бакиев был вашим непосредственным шефом, когда вы работали в ЦАРИИ и скорее всего создание именно этой структуры, которая во многом заменяло собой правительство приблизило день 7 апреля 2010 года.

— Госпереворот 7 апреля, позвольте мне так характеризовать те события, был организован и осуществлен иностранными спецслужбами. Приблизили этот переворот — слабость власти, а также «неверный» на взгляд России внешнеполитический вектор Кыргызстана. Тогда мы развернулись в сторону Запада и Китая. Это вызвало недовольство и был реализован «грузинский» сценарий, с той лишь разницей что власть Саакашвили была готова противостоять внешней агрессии, а у нас власти, к сожалению, оказались слабыми.

— Под изменением внешнеполитического вектора вы подразумеваете, что военная база США была просто переименована и тем самым не было выполнено соглашение о выводе этой базы, заключенное между президентом РФ Медведевым и К.Бакиевым?

Я думаю, это был целый комплекс внешнеполитических шагов. Наверное, само по себе продолжение работы базы в аэропорту «Манас», не стало единственной причиной для этих событий. Были еще различные проекты, которые не оглашались потому что они были на стадии переговоров. По моей информации российские власти больше даже были раздосадованы поворотом к Китаю. Я, наверное, первый сейчас об этом скажу – проект железной дороги, который должен был пройти через Кыргызстан, он был уже согласован, было найдено техническое решение, в том числе по «узкой» европейской колее, которой добивался Китай. Со стороны российских властей были высказаны прямые угрозы, что если этот проект будет реализован, то они «отомстят». И сделали они это очень быстро.

— Ну, вот поездку Максима Бакиева в Китай организовывал Сапар Исаков, тоже сотрудник ЦАРИИ. Вы указываете на эффективность этой организации. Можно, наверное, еще вспомнить Секретариат, который возглавляла Малеванная. Тоже эффективная организация, с учетом того что, практически все сотрудники сейчас занимают очень высокие позиции во власти Кыргызстана. Вам не обидно бывает, что крайними оказались только вы вдвоем с Максимом Бакиевым?

— Знаете, я сам тогда принял решение больше в политику не вмешиваться. Потому что у меня были отношения со многими из нынешней власти. Раз я даю интервью газете «Res Publica», Замира Сыдыкова не даст соврать. 7 апреля 2010 года мы с ней (она, как Посол в США, а я, как «самый высокопоставленный чиновник Кыргызстана в момент госпереворота») были приглашены в Госдеп для консультаций. В принципе, если бы я на тот момент занял бы позицию новых властей, и такие сигналы мне шли, наверное, тогда у меня была бы более высокая должность, чем у моих коллег по ЦАРИИ.

Но я все-таки человек больше бизнеса и юриспруденции. Мне уже на тот момент надоели политические игры. Может, если бы я стал сотрудничать с новыми властями, это могло закончиться как с Учкуном Ташбаевым, который был в начале на взлете, потом его посадили. В итоге я рад, что почти 8 лет нахожусь в свободной стране Латвии, ощущаю все прелести демократии и пересмотрел многие свои взгляды на жизнь, на политические процессы. К сожалению, процессы в Кыргызстане, начиная с 90-х годов, это топтание на месте, ходьба по кругу. Наверное, в этой стране я бы большего и не сделал, чем смог до этого.

— Разительное отличие от режима Бакиева в период Атамбаева – это проведение конкурентных выборов. Чего нельзя не признать. Если мы вспомним 2009 год, когда вы были членом ЦИК, выборы президента проходили путем массовых нарушений. Вы можете сейчас открыто сказать, что несмотря на повсеместные нарушения и применение административного ресурса, вы закрывали на это глаза?

— Я не только сейчас и тогда признавал, и был одним из немногих членов ЦИК, который требовал расследований по всем фактам фальсификаций. По моему требованию были аннулированы результаты нескольких избирательных участков. Я считаю, что, конечно, в ходе выборов 2009 года, местные власти, губернаторы, все пытались показать свою лояльность действующей власти и прыгали выше головы, кто даст больший процент. Конечно, Курманбек Бакиев в любом случае тогда был избран президентом большинством избирателей, дело было только в «заоблачных» процентах. И когда я осознал, что не могу с этим бороться, я ушел из ЦИКа и воспользовался предложением пойти на государственную службу.

Насчет Алмазбека Атамбаева, то я считаю, что он имел свои взгляды, он имел свое понимание справедливости. Он — человек цельный и еще в 2002 году говорил мне – «Я стану президентом, чтобы улучшить Кыргызстан». На мой взгляд, самыми честными выборами стали парламентские 2010 года, когда «южная» партия победила. Ну, этому, конечно, способствовали трагические события на юге, в июне 2010 года. В любом случае те выборы были действительно конкурентными, были проведены максимально демократично. Парламент тогда представлял практически весь спектр кыргызского общества. Я политическую систему, которая была выстроена Атамбаевым, никак не критикую, считаю, что ему удалось на первых порах построить полноценную демократию.

— Вы возглавляли Фонд развития и заявили, что на его балансе тогда было 300 млн. долларов, которые затем куда-то пропали или похищены. По этому поводу неоднократно писали в прокуратуру, но ответа так и не последовало. Куда делись эти огромные средства?

— Эти деньги находились на счетах Фонда развития в Нацбанке КР на момент госпереворота. Затем эти средства были разграблены Временным правительством. Был создан т.н. Резервный фонд ВП, который сразу же их декретом был признан «внебюджетным» и не подлежащим контролю со стороны Счетной палаты, Минфина. И эти деньги в течении нескольких месяцев «растворились». А вообще эти деньги были выделены РФ в 2009 году, а затем они их списали. Я полагаю, что это была такая форма «благодарности» новым властям за помощь в организации госпереворота.

— Я знаю, что вы ведете многие дела и отстаиваете интересы в рамках Европейского правосудия, в том числе в Интерполе в отношении опальных политиков.

— Никогда не думал, что буду на этом специализироваться, но судьба привела к этому. Сейчас моя специализация – права человека, политическое убежище в Европе, оформление статуса беженца. Сначала были клиенты с Кыргызстана, сейчас в основном из стран СНГ.

Напоследок дам эксклюзивную информацию. На выходных я получил письмо из Интерпола, в котором они проинформировали о том, что после детального расследования сняли Евгения Гуревича с международного розыска и отменили выпущенное в отношении него Кыргызстаном «красное уведомление», то есть ордер на розыск и арест. На самом деле у него было очень тяжелое дело, потому что он был иностранным гражданином, а также не занимал в Кыргызстане государственную или политическую должность. И мне надо было обосновать политическую мотивацию преследования, для того, чтобы применить третью статью Конституции Интерпола. Мне это удалось сделать, и в этом деле как раз были детали об этих деньгах Фонда развития. Теперь я уже могу сказать, что Интерпол признал, что на момент госпереворота все деньги Фонда развития находились в Кыргызстане и они пропали уже за рамками ответственности Гуревича, меня и других лиц, которых обвинили в их растрате.

Беседовал Адиль Турдукулов.

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Этот елисеев врет как хочет., есть факты конкретные. Аш ташнит подлюка. Кудай жеткизет

  2. Сразу после выборов преза 2005 года он начал всем угрожать, что макс его друг🤬🤮

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.