Азамат Алтай. «Глашатай свободы и демократии»

0
373

Продолжение. Начало в №№17-46 за 2016 и №1-2 за 2017 год.

1982 год начался с клеветы и поношения друг друга, но для нас этот год стал плодотворным. Я устроил Акима на работу. Махира тоже устроилась на работу. Вначале 1983 года мы справили сорокадневные поминки по Карису ага, куда собрались все местные мусульмане. Все расходы на проведение поминок взяли на себя кыргызская и казахская редакции. В этом году кыргызские газеты оставили меня в покое и теперь начали атаковать Толомуша. Все что писали про Толомуша, можно найти в газетах тех лет. Из Америки приехали молодые парни Юлай и казах Сват. Они учились в одном университете. Юлая я знал еще со времени работы в Колумбийском университете, он учился там. Я ему давал советы, показывал свои книги, рассказывал, как надо работать. Его я знал с малых лет, так как его отец был моим ровесником. Юлай стал умным человеком, закончил университет. В настоящее время он профессор Висконсинского университета. В последние годы его интересует наш эпос «Манас». Он звонит мне и расспрашивает про эпос, взял на себя обязательство перевести эпос на английский язык. Я его познакомил с Ашымом Жакыпбек уулу Улан.

3 марта мы смотрели фильм «Ранние журавли». От радости я купил полтора десятка билетов и раздал незнакомым людям. Мы гордились режиссерами, которые поставили фильм по произведению Чынгыза, счастье переполняло нашу душу из-за фильма. Каждые два года один раз мне давали отпуск на месяц в связи с тем, что я приехал работать из Америки. Свой отпуск я решил проводить в Нью-Йорке. Был там один кыргыз по имени Ахмед Кудаяр, который родился в Афганистане. Он интересовался кыргызским языком и немного ему научился. Находясь в Турции, он собирался написать книгу о кыргызах. Но он, бедняга, в конце концов спился, и ушел из диаспоры кыргызов в Нью-Йорке. В это время на радио поменяли руководителей национального отдела. Вместо Кука пришел работать человек из Эстонии Джон Пеннар, я знал его уже много лет. Мы вместе с ним еще работали в Институте по изучению истории и культуры народов СССР. Я приложил очень много стараний, чтобы вызвать к себе из Америки Ахмеда. Но здесь он не смог сработаться, без конца пил, курил и по пять-шесть раз переписывал свои материалы. В конце концов пришлось его отправить обратно в Америку. Мы в то время не бросали писать об Афганистане, что было самой острой проблемой. Мало того, что Афганистан был оккупирован, с другой стороны, нас очень печалила судьба афганских кыргызов.

В конце 1983 года я начал замечать, что два человека за мной следят. Я догадался, что это были советские шпионы. Где бы я ни был, они всегда оказывались там. Наступил 1984 год. Каждый раз, уходя после работы, я видел этих сыщиков, стоящих на углу. Был там один мост. И когда я проходил пешком через этот мост, они приближались ко мне, но я быстро уходил от них. И когда я терялся среди толпы, их след пропадал. Каждую ночь мне звонили по телефону и бросали трубку. Начиная с декабря 1983 года и до середины января 1984 года я побаивался этих подозрительных людей, которые за мной открыто следили. Однажды я шел по улице и опять увидел этих двоих, следивших за мной. В это время навстречу ко мне шла моя знакомая Татьяна Вербицкая. Эти люди внезапно исчезли, когда увидели Вербицкую. Я тогда рассказал Татьяне, что за мной следят, звонят и бросают трубку. Иногда я в темноте смотрел в окошко, и видел, что эти двое следят за тем у кого загорится свет. Татьяна сказала, что нужно сообщить нашей службе безопасности. Я рассказал обо всем начальнику службы безопасности радио. Это был человек по имени Комински. Он сказал мне, чтобы я не беспокоился и что они найдут этих людей. Позже за людьми, которые следили за мной, уже следили наши люди. Тогда они исчезли, видимо из-за перекрестной слежки.

Я проработал в Мюнхене с 1979 по 1989 год. До этого уже пять лет назад, когда мне исполнилось 65 лет, я должен был уйти на пенсию. Но меня не отпускали, так как на радио в то время не было кыргыза, ведущего программу на кыргызском языке, и я проработал там еще четыре года. Мне это было только на пользу, потому что дополнительный стаж значительно увеличивал мою пенсию. Разница между ними была как между небом и землей. К тому же я помог сохранить отдел кыргызских передач на радио. За это время Аким Озгон тоже смог выучиться английскому языку за 8 месяцев, и как только он приехал, я свое место оставил ему и сам с большой радостью ушел на пенсию. Когда у Акима Озгона родился сын, в Германию приехал Чынгыз Айтматов. Вместе с ним приехали его супруга Мария, сын Эльдар и дочь Ширин. Мы ждали Чынгыза, чтобы он дал имя сыну Акима Озгона, которое имело бы тюркские корни. И чтобы это имя можно было легко писать на европейском языке. Чынгыз думал и так, и так и дал имя Нойон. Имя Нойон встречается в эпосе «Манас».

P.S.: Мы завершаем публикацию книги Азамата Алтая, которая была опубликована в 2010 году на кыргызском языке. Перевод на русский редакция получила от собственных источников.

Надеемся, что история его жизни была интересна нашим читателям.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ